Созданные работником в рамках трудовых отношений программные модули могут квалифицироваться как служебные произведения, порождающие право на авторское вознаграждение. При отсутствии соглашения о размере вознаграждения и локального акта, его определяющего, суд вправе определить размер самостоятельно. Апелляция и кассация не согласились с подходом о «коллективном» характере творчества и снижением доли участия автора до 13–20%, указав, что при отсутствии притязаний других членов команды доля автора может быть признана полной.

Если работник фактически выполняет работу по иной должности (в данном случае — разработчика), а работодатель принимает результаты этой работы, но не оформляет перевод и не оплачивает совмещение, суд может взыскать соответствующую доплату. Решающее значение имеет документальное подтверждение характера выполненных задач и того, что результаты принимались работодателем.

Чиновники ведомства напомнили, что  согласно ст. 41 Налогового кодекса РФ доходом для целей налогообложения признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, которую можно оценить. По мнению финансистов, средства целевого финансирования, возвращенные  получателем организации, обязанной осуществить передачу таких средств в доход бюджета, не должны учитываться у такой организации в составе облагаемых налогом на прибыль доходов, поскольку эти средства не формируют экономической выгоды непосредственно у данной организации

Расходы на уплату экологического сбора учитываются при формировании налоговой базы по налогу на прибыль организаций на основании подпункта 49 пункта 1 статьи 264 Кодекса лицом, на которое в соответствии с законодательством Российской Федерации возложена обязанность по уплате экологического сбора, в том отчетном периоде, за который такой сбор рассчитан.

Согласно положениям статьи 263 НК РФ расходы на обязательное и добровольное имущественное страхование включают страховые взносы по всем видам обязательного страхования, а также по добровольным видам страхования, перечисленным в пункте 1 статьи 263 НК РФ.
Расходы по обязательному и добровольному страхованию (негосударственному пенсионному обеспечению) в силу пункта 6 статьи 272 НК РФ признаются в качестве расхода в том отчетом (налоговом) периоде, в котором в соответствии с условиями договора налогоплательщиком были перечислены (выданы из кассы) денежные средства на уплату страховых (пенсионных) взносов. Если по условиям договора страхования (негосударственного пенсионного обеспечения) предусмотрена уплата страхового (пенсионного) взноса разовым платежом, то по договорам, заключенным на срок более одного отчетного периода, расходы признаются равномерно в течение срока действия договора пропорционально количеству календарных дней действия договора в отчетном периоде.

Вместе с тем статья 270 Кодекса не содержит положений, не позволяющих учесть при налогообложении прибыли организаций страховые взносы, начисленные на поименованные выплаты и вознаграждения, которые не признаются расходами в целях главы 25 «Налог на прибыль организаций» Кодекса. Таким образом, расходы в виде страховых взносов, исчисленных с выплат и вознаграждений, не уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль организаций, учитываются в составе прочих расходов на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 264 Кодекса.

Применительно к трудовым отношениям вакантная должность - это предусмотренная штатным расписанием организации должность, которая свободна, то есть, не замещена (не занята) каким-либо конкретным работником, состоящим с организацией в трудовом правоотношении. Работодатель не обязан предлагать сотруднику, подлежащему увольнению по статье 81 Трудового кодекса (по инициативе работодателя), должности, которые не являются вакантными, поскольку заняты работниками.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что указанный в трудовом договоре адрес не являлся фактическим рабочим местом истца, а доказательств соблюдения процедуры направления в командировку работодатель не представил. В результате увольнение было признано незаконным, работник восстановлен в должности, в его пользу взысканы средний заработок за время вынужденного прогула (709 146,76 руб.), невыплаченная зарплата за декабрь 2024 года (72 924,79 руб.), компенсация за неиспользованный отпуск (104 846,59 руб.), компенсация морального вреда (50 000 руб.) и судебные расходы (7 000 руб.).

Однако впоследствии кассация направила дело  на новое рассмотрение. При повторном рассмотрении  краевой суд отменил решение районного суда и частично удовлетворил иск: увольнение признано незаконным, работница восстановлена в должности, взысканы заработок за вынужденный прогул в размере 2 930 876,45 рубля и компенсация морального вреда 150 000 рублей. Но и это определение было отменено кассацией  с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

Однако суд все же выдал исполнительный лист. Он исходил из того, что спор правомерно рассмотрен третейским судом в силу третейской оговорки, решение не нарушает основополагающие принципы российского права и публичный порядок, а основания для отказа в выдаче исполнительного листа, перечисленные в статье 239 АПК РФ, отсутствуют. Доводы ответчика суд расценил как попытку переоценить обстоятельства, установленные третейским судом.