Определение Суда общей юрисдикции
№88-19473/2025 от 17.11.2025

Даже виновного работника могут восстановить

Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Шевчук Т.В.,

судей Лебедева А.А., Стешовиковой И.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2917/2024 по иску Б. к ООО «Межрегионфлот» о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным, восстановлении на работе, признании недействительной записи в трудовой книжке об увольнении, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе Б. ФИО12 на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 19 июня 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 19 июня 2025 г.,

Заслушав доклад судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции Стешовиковой И.Г., объяснения представителя ООО «Межрегионфлот» — Х., заключение прокурора Мазиной О.Н., судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции

установила:

Б. обратился в суд с иском к ООО «Межрегионфлот» о признании незаконным приказа № 7-у от 14 апреля 2023 г. о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении в прежней должности исполнительного директора, обязании ответчика внести в трудовую книжку запись о недействительности увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в размере 1000000 руб.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с 14 июня 2022 года он являлся исполнительным директором ООО «Межрегионфлот». 17 апреля 2023 г. ему стало известно расторжении с ним трудового договора по основаниям п. 9 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. С данным увольнением истец не согласен, указывает на то, что приказ об увольнении вынесен с нарушение порядка увольнения, без надлежащей служебной проверки, без требования о предоставления работником письменных объяснений по факту проведенного служебного расследования, в отсутствии доказательств виновного и неправомерного принятия истцом необоснованного решения, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества, неправомерного его использования или иного ущерба имуществу организации, а также факта того, что у истца была возможность принять иное решение, которое могло повлечь неблагоприятные последствия. Так же истец указывает на то, что отнесение ответчиком должности исполнительного директора к руководящей категории и наличие должностных обязанностей не свидетельствует о руководящем характере должности. Функции руководителя организации с правом подписи исполняет иное лицо, в то время как истец управленческие решения не принимал, договоры/соглашения, счета-фактуры и иные финансово-хозяйственные документы от имени ответчика, не подписывал и участия в согласовании, составлении, не принимал.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 19 июня 2024 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 19 июня 2025 г., исковые требования удовлетворены.

Признан незаконным приказ № 7-у от 14 апреля 2023 г. об увольнении Б. с должности исполнительного директора ООО «Севернефтегазфлот» по основаниям п. 9 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Б. восстановлен на работе в должности исполнительного директора ООО «Севернефтегазфлот» с 15 апреля 2023 г., на ООО «Межрегионфлот» возложена обязанность внести сведения в трудовую книжку Б. о недействительности записки об увольнении. С ООО «Межрегионфлот» в пользу Б. взыскана заработная плата за время вынужденного прогула за период с 15 апреля 2023 г. по 19 июня 2024 г. в сумме 3234805,90 руб., компенсация морального вреда в размере 50000 руб.

С ООО «Межрегионфлот» в доход бюджета Санкт-Петербурга взыскана госпошлина в сумме 24674 руб.

В кассационной жалобе истца ставит вопрос об отмене постановленных судебных актов в части определенного судом к взысканию размера компенсации морального вреда, при этом полагает, что он не являлся руководителем, который мог принимать решения и быть уволенным по основанию п. 9 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, кроме того, полагает подлежащим исключению из решения выводы о виновности Б. в произошедшей аварийной ситуации с б/т «ОТ-2433».

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика возражал против удовлетворения кассационной жалобы, поддержал доводы возражений на кассационную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание кассационного суда общей юрисдикции не явились, в связи с чем, на основании части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

В соответствии с ч. 1 ст. 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В соответствии с ч. 1 ст. 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Проверив материалы, обсудив доводы кассационной жалобы, доводы возражений на кассационную жалобу, заслушав объяснения представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего, что постановленные судебные акты являются законными и обоснованными, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции, не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Судом при рассмотрении дела установлено, что 14 июня 2022 г. между ООО «Межрегионфлот» и Б. заключен трудовой договор № 14, по условиям которого истец принимался на работу на должность исполнительного директора ООО «Севернефтегазфлот» для выполнения трудовых функций, определенных должностной инструкцией, являющейся неотъемлемой частью данного договора.

Данный договор являлся срочным и заключался на срок действия договора передачи полномочий единоличного исполнительного органа ООО «Севернефтегазфлот» (ООО «СНГФ») ООО «МРФ» № 2 от 31 декабря 2016 г. Исполнительный директор ООО «Севернефтегазфлот» является руководителем обособленного подразделения ООО «МРФ» г. Архангельск. Местом работы истца по трудовому договору являлось обособленное подразделение ООО «Межрегионфлот», расположенное по адресу: Архангельск, ул. Серафимовича, д. 14 офис 2.

Приказом № 7-у от 14 апреля 2023 г. трудовой договор с истцом расторгнут по основаниям п. 9 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с принятием решения, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества.

В рамках заключенного договора № 101 от 17 августа 2022 г. ООО «СНГФ» (судовладелец) приняло на себя обязательства по буксировке двух плавсредств «Портовый-22» и «ПГР-8» по маршруту Салехард — Харасавэй. Буксировка осуществлялась силами т/х «ОТ-2433».

Б. являлся в силу возложенных на него обязанностей представителем судовладельца, руководил и давал распоряжения по управлению эксплуатацией судов и обеспечению безопасной эксплуатации судов при выполнении производственных задач.

Истцом было принято решение о буксировке двух судов одним буксировщиком при наличии экипажа на буксируемых судах, что повлекло нарушение сохранности имущества ООО «СНГФ» и третьих лиц, создало угрозу жизни и здоровья людей. Необоснованно было и решение о продолжении рейса, когда судно стояло в безопасном проливе в неблагоприятных погодных условиях. Совокупность этих обстоятельств явилось нарушение правил безопасности и повлекло то, что один из буксируемых плавсредств оторвалось от буксира, село на мель, и в результате дальнейших действий три судна получили повреждения, как буксир ООО «СНГФ», так и буксируемые судна.

Буксир может буксировать только одно плавсредство. Указанное обстоятельство определено в плане перегона (п. 1.3), что соответствовало договору на буксировку. Буксировка одним буксиром в штормовых условиях создало ситуацию, когда одно судно оторвалось, и начало неконтролируемо двигаться на мель в сторону берега.

Истец, как руководитель, в рамках диспетчерского совещания, получал информацию, в том числе и сводку погоды и принял решение, которое было передано капитану буксира через диспетчера.

Капитан буксира В. начал буксировку по распоряжению истца, погода была приемлемая до определенного момента: 22 августа 2022 г. караван встал на якорь в укрытии, 26 августа 2022 г. снялись с якоря, продолжили движение в пункт назначения, а 27 августа 2022 г. произошло усиление ветра и произошел разрыв троса, что привело к аварии.

В материалы дела представлен договор № 101 от 17 августа 2022 г., заключенный между ООО «СНГФ», в лице исполнительного директора Б., и АО «Салехардский речной порт». Предмет договора определен в разделе 1 договора, а именно: буксировщик обязуется осуществить буксировку двух плавсредств: «Портовый 22», «ПГР-8» по маршруту Салехард — Харасавэй с соблюдением условий буксировки, а отправитель обязуется предъявить суда для букировки в состоянии пригодном для безопасного плавания, в технически исправном состоянии и оплатить буксировщику стоимость услуг.

Так же в материалы дела представлены: проект перегона землесоса «Портовый-22» по маршруту п. Салехард — п. Харасавэй. Пояснительная записка № 757АА-231-1111-2022-01; проект перегона землесоса «Портовый- 22» по маршруту п. Салехард — п. Харасавэй. Перечень мероприятий по дооборудованию для перегона № 757АА-231-1И1-2022-02 и проект перегона землесоса «Портовый-22» по маршруту п. Салехард — п. Харасавэй. Инструкция капитанам буксиров № 757АА-231-1111-2022-03.

Так, в проекте перегона землесоса «Портовый-22» определено, что судно буксируется без экипажа на борту. Использование коллективных спасательных средств не предусматривается (раздел 7). Схема буксировки предусматривает головной буксир и землесос «Портовый-22».

Согласно инструкции капитана по буксировке землесоса «Портовый- 22», при нахождении на трассе перегона буксир должен осуществлять буксировку только одного объекта (п. 1.3).

Согласно п. 1.5 той же инструкции, подготовка судна к перегону должна быть выполнена в соответствии с требованиями документа «Перечень мероприятий по дооборудованию для перегона № 757 АА-231-ПП-2022-02».

В п. 2.3 Инструкции указано на то, что до начала перегона должен быть получен прогноз ветра и волнения. Начало движения по трассе перегона разрешается в случае, если прогнозные характеристики волнения и ветра на ближайшие 72 часа не превышают допустимых значений, указанных в п. 2.2 настоящей инструкции.

При движении судна по трассе в случае развития волнения, превышающего допустимое для буксируемого судна, а также поступления неблагоприятного гидрометеорологического прогноза капитан судна-буксировщика должен отбуксировать перегоняемое судно в ближайшее место убежища, обеспечивающее безопасный выход и стоянку. Информация по местам — убежищам на трассе перегона приведена в разделе 2.2 «Пояснительной записки» № 757 АА-231-1111-2022-01″.

В материалы дела представлены распоряжения ООО «СНГФ» капитану буксира В., передаваемые по распоряжению истца через диспетчерскую службу: первое распоряжение № 37 «Следовать по готовности с «Портовым-22» и «ГП-8″ в порт назначения Харасавэй»; 25 августа 2022 г. в 12:06 капитану буксира поступило сообщение «согласно прогнозу погоды 25/08 погодные условия улучшаются. Прошу выходить из укрытия, следовать назначению».

При этом прогноз на период с 12 по 25 августа, 27, 28 августа фактически было на грани ограничений для перегона, установленных п. 2.23 Инструкции капитана.

В акте служебного расследования от 12 апреля 2023 г. указан хронометраж событий:

В 06:40 принят вызов по УКВ от судна «ГП-8» о том, что началось поступление воды в машинное отделение через техническое отверстие, вода попала в ДГ, в результате чего он заглох, произошло обесточивание судна. Силами двух человек откачать воду не представилось возможным. Капитаном В. принято решение сниматься с якоря и следовать с буксируемыми суднами в место назначения для устранения затопления и восстановления работы ДГ.

В 07:40 визуально зафиксировано, что судно ГП-8 развернуло и понесло к берегу, в результате чего оно оказалось на мелководье с находящимися на борту с двумя членами экипажа. Члены экипажа были перемещены на борт буксира, с их слов произошел обрыв кринолина.

В материалы дела представлено заключение № 2-М/2023 по расследованию аварийного случая в море. Как указано в заключении дата аварийного случая 27 августа 2022 г. 07:40.

Согласно данному заключению, букировка по морю з/с «Портовый-22» и з/с «ГН-8» происходила на одной буксирной линии, одним буксиром, при этом на борту з/с «Протовый-22» находилось 7 человек, на з/с «ГП-8» — 2 человека. Указанные люди были членами экипажа данных судов. Согласно требованиям Инструкции капитанам буксиров № 575-АА-231-ПП-2022-03 проект перегона по маршруту Салехард — Харасавэй должен был осуществляться методом буксировки одним головным буксиром только одного з/с «Портовый-22» без нахождения людей на борту, по чистой воде, при долгосрочном благоприятном прогнозе на все время перегона, при получении прогноза погоды каждые 72 часа, с ограничениями по ветроводному режиму, высоте волны 3% обеспеченности не более 2.0 м, при скорости ветра не более 15 м/с.

В заключении сделан вывод, что капитан буксира допустил буксировку з/с «Портовый-22» и з/с «ГП-8» с нарушением безопасных условий плавания на время разового перегона согласно свидетельств РКО на разовый перегон: на одной буксирной линии, при силе ветра более 19 м/с (для з/с «ГТГ-8»), более 15 м/с (для з/с «Портовый-22» и высоте волны более 2 м.

В заключении также отмечено, что для людей, находящихся на з/с «Портовый-22» и з/с «ПГ-8» возникла прямая угроза причинения вреда их жизни и здоровью.

Как установлено материалами проверки и служебного расследования истцом, при выполнении должностных обязанностей были приняты решения, в результате которых имуществу управляемого ООО «МРФ» общества — ООО «СНГФ», был нанесен ущерб в размере 25 239 600,34 руб. (ущерб в результате происшествия с т/х «ОТ-2433», принадлежащем ООО «СНГФ»), а также ущерб (повреждение земснаряда «Портовый-22» и несамоходного гидроперегружателя «ПГР-8», принадлежащих ООО «Сибгидропроект»). На сегодняшний день ООО «Сибгидропроект» предъявлено ответчику требование о возмещении ущерба по указанным судам в размере около 90 000 000 руб.

В материалы дела представлены объяснения истца от 23 декабря 2022 г. на имя генерального директора ООО «МРФ» в виде ответов на вопросы, поставленные перед истцом начальником СЭБ ООО «МРФ» от 22 декабря 2022 г., в которых истец не отрицает того факта, что распоряжение № 37 «следовать по готовности с «Портовый-2» и «ГП-8» в порт назначения Харасавай капитану В. дал он. При этом на вопрос № 3 «от кого поступило указание, в каком виде, вести состав из 2-х судов, при утвержденном проекте перегона с одним судном», истец ответил, что буксировка данных объектов выполнялась в интересах проекта строительства грузовых причалов в порту Харасавей, реализуемого ООО «ТНГФ». Для ООО «СНГФ» заказчиком буксировки выступал ООО «Салахардский порт». На момент выдачи распоряжения № 37 копии проекта буксировки не было, была информация о том, что проект будет предоставлен оператором данных плавсредств ООО «Сибгидропроект» о чем было сообщено капитану бт «От- 2433» В.

Доказательств того, что по состоянию на дачу данного распоряжения № 37 не было утвержденного проекта перегона, нет.

На копии проекта перегона даты утверждения заместителем генерального директора по научной работе, технической эксплуатации, проектирования судов, охране труда отсутствует дата утверждения проекта перегона. Однако, на проекте имеется штамп «Принято к сведению Российский классификационным обществом письмо № 07-01.11-2109 от 5 августа 2022 года. Следовательно, проект был утвержден не позднее указанной даты.

Разрешая заявленные требования, установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалах дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции исходил из того, что исполняя договор морской буксировки № 101 от 17 августа 2022 г. судовладелец, т.е. ООО «СНГФ», в лице исполнительного директора (истца), должен был выполнять требования, изложенные в проекте перегона землесоса «Портовый-22» по маршруту п. Салехард — п. Харасавэй, согласно которым должно было буксироваться одно судно, без экипажа на борту, и в приемлемых погодных условиях, с укрытием в места убежища, обеспечивающее безопасный выход и стоянку в случае неблагоприятных погодных условий, однако в нарушение проекта перегона плавсредства землесоса «Портовый-22″, истец допустил букировку двух плавсредств одним буксиром, с членами экипажа на борту, также дал распоряжения о выходе из укрытия и продолжения движения по маршруту буксировки в погодных условия, ограниченными для перегона, что привело к причинению ущерба в размере 25239600,34 руб., а также ущерб третьим лицам, который составил 90000000 руб.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что истец нарушил требования должностной инструкции, не обеспечил транспортную безопасность, безопасность плавания судов в море (реке) и на стоянке в портах, что повлекло ущерб имуществу и ответчика, т.е. нарушение сохранности имущества, за что он мог быть привлечен к дисциплинарной ответственности.

Отклоняя доводы истца о том, что он не являлся руководителем, который мог принимать решения, следовательно, он не мог быть уволен по основанию п. 9 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из договора № 2 от 31 декабря 2016 г. передачи единоличного исполнительного органа Общества с ограниченной ответственностью № Севернефтезагфлот» (ООО «СНГФ») (Управляемая организация) управляющей организации — Обществу с ограниченной ответственностью «Межрегионфлот» (ООО «МРФ») (Управляющая организация), в соответствии с которым ООО «МРФ» является единоличным исполнительным органом в отношении ООО «СНГФ», при этом, истец в силу трудового договора № 14 являлся исполнительным директором ООО «МРФ», согласно должностной инструкции истца должность исполнительного директора относится к категории руководителей и обязан, в том числе осуществлять руководство текущей деятельностью управляемого общества (ООО «СНГФ»); организовывать транспортную безопасность, безопасность плавания судов в море (реке) и на стоянках в порту, в связи с чем указанные доводы противоречат трудовому договору и должностной инструкции истца.

Вместе с тем, при разрешении спора, суд первой инстанции установил, что при применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения, ответчиком нарушена процедура увольнения, поскольку объяснения от истца не истребовались, служебная проверка по факту событий 27 августа 2022 г., не проводилась, к дисциплинарной ответственности он привлечен с пропуском установленного ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации срока, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для признания незаконным увольнения, восстановлении на работе, возложении обязанности внести сведения в трудовую книжку о недействительности записки об увольнении, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Определяя сумму, подлежащую взысканию с ответчика в качестве компенсации морального вреда, суд первой инстанции полагал соразмерной допущенным ответчиком нарушений трудовых прав истца сумму компенсации морального вреда в размере 50 000 руб.

В части удовлетворения требований о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, возложении обязанности внести сведения в трудовую книжку о недействительности записки об увольнении, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула решение суда не обжаловалось в суде апелляционной инстанции, в связи с чем предметом проверки не являлось.

Проверяя законность и обоснованность постановленного решения по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился, отклонив соответствующие доводы истца об отсутствии вины и исключении из решения суда вывода о виновности Б. в произошедшей аварийной ситуации с б/т «ОТ-2433», поскольку исполнительный директор ООО «СНГФ» Б., являлся представителем судовладельца, руководил и давал распоряжения, при диспетчеризации движения судов в рамках договора истец принял необоснованное, противоречащее действующему законодательству, нормам и правилам, а также заключенному договору и плану перегона судов решение о буксировке двух судов одним буксировщиком и при наличии экипажа на буксируемых судах, повлекшее нарушение сохранности имущества ООО «СНГФ» и третьих лиц, а также создавшее угрозу для жизни и здоровья людей, принял необоснованное решение о продолжении рейса из Пролива М. Харасавэй в неблагоприятных погодных условиях, что привело к транспортному происшествию и ущербу имущества ООО «СНГФ» и третьих лиц, фактические обстоятельства и вина исполнительного директора Б. подтверждается актом служебного расследования и актом проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «СНГФ».

Также судом апелляционной инстанции отклонены доводы истца о том, что в отношениях с контрагентами он действовал на основании доверенности и не выполнял функции единоличного исполнительного органа ООО «Межрегионфлот», т.е. не являлся руководителем организации, по смыслу ст. 273 Трудового кодекса Российской Федерации, как противоречащие условиям трудового договора и должностной инструкции истца.

Доводы истца о несогласии с размером компенсации морального вреда взысканной судом, суд апелляционной инстанции также признал несостоятельными, учитывая фактические обстоятельства дела, характер спорных правоотношений, длительность нарушения прав истца и объем наступивших для него последствий, выразившихся в лишении истца права на получение средств к существованию, принимая во внимание, что несвоевременной выплатой заработной платы нарушаются права истца, пришел к выводу, что взыскание с ответчика компенсации морального вреда в размере 50000 руб. является разумным и справедливым.

Оснований не соглашаться с выводами судов первой и апелляционной инстанций у судебной коллегии по гражданским дела Третьего кассационного суда общей юрисдикции не имеется, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, сделаны при правильном применении норм материального права и его толковании. Нарушений норм процессуального права, которые могли привести к вынесению незаконного решения, вопреки доводам кассационной жалобы, судами не допущено.

В соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае принятия необоснованного решения руководителем организации (филиала, представительства), его заместителями и главным бухгалтером, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб имуществу организации.

Расторжение трудового договора по пункту 9 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации допустимо лишь в отношении руководителей организации (филиала, представительства), его заместителей и главного бухгалтера и при условии, что ими было принято необоснованное решение, которое повлекло за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб имуществу организации (абзац первый пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Решая вопрос о том, являлось ли принятое решение необоснованным, необходимо учитывать, наступили ли названные неблагоприятные последствия, именно в результате принятия этого решения и можно ли было их избежать в случае принятия другого решения. При этом, если ответчик не представит доказательства, подтверждающие наступление неблагоприятных последствий, указанных в пункте 9 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, увольнение по данному основанию не может быть признано законным (абзац второй пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Особенности регулирования труда руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации установлены главой 43 Трудового кодекса Российской Федерации.

Руководитель организации — физическое лицо, которое в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа (часть первая статьи 273 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что трудовой договор с руководителем организации может быть расторгнут как по общим основаниям, предусмотренным Трудовым кодексом Российской Федерации, в том числе по инициативе работодателя за совершение дисциплинарного проступка по пункту 9 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в случае принятия необоснованного решения руководителем организации (филиала, представительства), повлекшего за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб имуществу организации.

Обязательным условием расторжения трудового договора по пункту 9 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации является принятие руководителем организации (филиала, представительства) необоснованного решения, которое повлекло за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или причинение иного ущерба имуществу организации. При разрешении судом спора о законности увольнения по данному основанию бремя доказывания неблагоприятных последствий, указанных в пункте 9 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, возложено на ответчика. То есть, в том случае, если руководителем организации (филиала, представительства) было принято необоснованное решение, повлекшее за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб имуществу организации, работодатель вправе привлечь руководителя к дисциплинарной ответственности за совершение им виновных действий и расторгнуть с таким руководителем трудовой договор по пункту 9 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Б., будучи исполнительным директором ООО «МРФ», осуществлял в этой связи функции руководства его текущей деятельностью, доказательства вины Б. в наступлении для ответчика неблагоприятных последствий, наличия причинно-следственной связи между принятыми решениями истца, как исполнительного директора общества, и наступлением для ответчика неблагоприятных последствий, представлены в ходе рассмотрения дела, установлены актом служебного расследования и актом проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «СНГФ».

Таким образом, вопреки доводам кассационной жалобы, суды обоснованно пришли к выводу, что у работодателя имелись основания для применения к Б. меры дисциплинарного взыскания, в виде увольнения по пункту 9 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку принятые истцом решения повлекли за собой неблагоприятные последствия для ответчика, а именно причинение ущерба, наличие которого подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

При этом, увольнение истца признано незаконным в связи с нарушением работодателем предусмотренного порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности и процедуры увольнения, а не в связи с отсутствием оснований для применения к Б. меры дисциплинарного взыскания, в виде увольнения по пункту 9 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку в ходе рассмотрения спора достоверно установлены нарушения истцом требований должностной инструкции, не обеспечения транспортной безопасности, безопасности плавания судов в море (реке) и на стоянке в портах, что повлекло ущерб имуществу ответчика и третьих лиц, т.е. нарушение сохранности имущества, за что был привлечен к дисциплинарной ответственности.

Таким образом, подлежат отклонению также доводы, что виновным в аварии признан В., в соответствии с приговором суда, поскольку отсутствие обвинительного приговора в отношении истца не свидетельствует о том, что вина руководителя в наступлении неблагоприятных последствий, указанных в пункте 9 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, не установлена.

Доводы кассационной жалобы о несогласии с размером компенсации морального вреда не свидетельствуют о наличии оснований для отмены либо изменения судебных актов в указанной части, поскольку размер компенсации морального вреда определен судами первой и апелляционной инстанций в соответствии с положениями статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из установленных конкретных обстоятельств по делу, с учетом требований разумности, соразмерности и справедливости.

Учитывая, что размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку судом совокупности обстоятельств, в связи с чем иная, чем у суда, оценка степени физических, нравственных страданий и переживаний истца, критериев разумности и справедливости не указывает на то, что выводы судов являются ошибочными, размер компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом.

Фактически доводы кассационной жалобы, сводящиеся к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, что в соответствии с частью 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является недопустимым в суде кассационной инстанции. В силу своей компетенции кассационный суд общей юрисдикции исходит из признанных установленными судом первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств, проверяя лишь правильность применения и толкования норм материального и процессуального права судебными инстанциями. Правом переоценки доказательств и правом устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не установлены либо отвергнуты судебными инстанциями, кассационный суд общей юрисдикции не наделен.

Юридически значимые обстоятельства дела судами определены правильно, выводы должным образом мотивированы и основаны на установленных фактических обстоятельствах дела, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Предусмотренных статьей 379.7. Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения и апелляционного определения судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции

определила:

решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 19 июня 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 19 июня 2025 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Б. ФИО13 — без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 28 ноября 2025 г.